За кулисами кибершантажа: неожиданный возраст преступников

Многие расследования киберпреступлений завершаются арестами или обвинительными актами, которые мало что говорят о людях, стоящих за операциями. Когда власти всё же раскрывают демографические детали, вырисовывающаяся картина не соответствует распространённому предположению, что киберпреступники — это в основном очень молодые люди. Анализ в отчёте Security Navigator 2026 от Orange Cyberdefense указывает на иной возрастной профиль с выраженной концентрацией правонарушителей в середине карьерного пути.

Что показывают данные правоохранительных органов

Анализ основан на наборе данных о 418 публично объявленных правоохранительных действиях в сфере киберпреступности, собранных в период с 2021 года до середины 2025 года. Orange Cyberdefense собрала эти случаи из официальных заявлений и сообщений СМИ, а затем дополнила их контекстными деталями, когда они были доступны.

Исследователи подчёркивают, что набор данных отражает публично раскрытые действия, а не всю совокупность активности в сфере киберпреступности. Многие инциденты никогда не доходят до стадии публичного расследования, а некоторые юрисдикции раскрывают больше информации, чем другие.

Даже с учётом этих ограничений демографическая информация, приложенная ко многим делам, даёт редкую возможность взглянуть на то, кто идентифицируется в рамках уголовных преследований и расследований киберпреступлений.

Возрастная группа 35–44 лет выделяется

Данные о возрасте были доступны для 193 правонарушителей в этом наборе данных. В этой подгруппе возрастная категория 35-44 года составляет 37% от выявленных преступников, что делает её самой крупной отдельной когортой.

Следующие по величине группы — это более молодые взрослые. Категория 25–34 года представляет 30%, а группа 18-24 года составляет 21%. Вместе эти три диапазона охватывают почти девять из десяти правонарушителей с подтверждённой информацией о возрасте.

Такое распределение отличается от традиционной кривой «возраст-преступность», наблюдаемой во многих формах офлайн-преступности, где преступная активность, как правило, достигает пика в более раннем возрасте и затем резко снижается. В рассмотренных случаях киберпреступности активность, по-видимому, распространяется на более длительный период взрослой жизни.

Эта модель согласуется с преступной деятельностью, которая предполагает планирование, техническую компетентность и осознанную оценку рисков и вознаграждения.

Киберпреступность, движимая прибылью, растёт с возрастом

Исследователи также сравнивают типы киберпреступлений, связанные с разными возрастными когортами.

Среди молодых взрослых активность охватывает широкий спектр правонарушений и часто сосредоточена вокруг взлома. Этот период характеризуется тем, что технические эксперименты, развитие навыков и репутация среди сверстников могут играть более значимую роль.

В следующей возрастной группе модели правонарушений начинают смещаться в сторону финансово мотивированной деятельности. Лица в возрасте 25-34 лет демонстрируют признаки перехода к операциям, ориентированным на извлечение прибыли.

Эта тенденция становится более выраженной в самой старшей из трёх основных групп. В когорте 35-44 лет кибервымогательство составляет 22% выявленной активности, за которым следует вредоносное ПО с 19%. Другие зафиксированные в группе преступления включают кибершпионаж, взлом и отмывание денег. Отчёт связывает этот набор с действиями, которые, как правило, имеют более серьёзные финансовые или политические последствия.

Дела о киберпреступности охватывают десятки национальностей

Преступники, идентифицированные по делам, представляют 64 национальности, что отражает трансграничный характер цифровой преступности. Расследования часто связаны с деятелями, работающими в разных юрисдикциях, что осложняет установление виновных и судебное преследование.

Несмотря на это географическое распространение, публичная статистика показывает сильную концентрацию вокруг небольшого числа стран. Пять наиболее представленных национальностей составляют 58% идентифицированных преступников в наборе данных.

Данные о национальности не следует интерпретировать как окончательный показатель происхождения киберпреступности. Публичные отчёты правоохранительных органов сильно различаются между странами, что может влиять на то, что появляется в глобальных наборах данных.

Иной профиль киберпреступников

Концентрация преступников в возрастном диапазоне 35-44 года бросает вызов устойчивому стереотипу о том, что киберпреступность в основном движется подростками или очень молодыми взрослыми.

Данные позволяют предположить, что многие преступники, вовлечённые в крупные киберпреступные операции, — это люди, обладающие опытом и техническими навыками, необходимыми для ведения сложной деятельности. Это может включать разработку вредоносного ПО, управление инфраструктурой, операции по отмыванию денег или кампании по вымогательству.

Такая интерпретация согласуется с моделями правонарушений, наблюдаемыми в старшей когорте, где вымогательство и операции с вредоносным ПО появляются часто. Эти виды деятельности часто требуют координации, инфраструктуры и управления финансами, выходящих за рамки ситуативного взлома.

Вебинар: Реальное состояние безопасности 2026